?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Часть 1
Часть 2
Часть 3

Неизвестный солдат человечности – такой подзаголовок я хочу дать последней части своих воспоминаний, так как посвящена она будет одной из самых светлых душ, которых я встретила на своем жизненном пути.

Но вернусь к повествованию.

Обида Зои вроде бы лежала на поверхности. Моя хозяйка говорила приблизительно следующее: «Мои родители так много сделали для отца Фотины, я от чистого сердца помогла Тине, когда она оказалась в сложной ситуации, а теперь вынуждена жить под одной крышей с человеком, который мне не симпатичен». Далее она, как правило, качала головой и сокрушалась: «Тина совсем не похожа на свою сестру. Ирина - другая». Ирина, старшая сестра Фотины Фотиевны и ближайшая подруга Зои, ощущала себя виноватой в непростой ситуации с квартирным вопросом. На тот момент она была тяжело больна, нуждалась в уходе и хотела прописать Тину к себе, считая, что таким образом проблема решиться. Но не тут-то было.

Сейчас трудно представить, но в 80-х не только отсутствовала мобильная связь, но и городскими номерами обеспечены были далеко не все. Насколько мне не изменяет память, телефона в доме Зои не было. Когда хозяйке было плохо, мы ездили к ее дочери Ларе в пригород. Зоя со своей подругой Ириной переписывалась. После получения очередного письма, она повторяла: «Сестры такие разные. Тина не хочет ухаживать за моей подругой». И дальше она в который раз рассказывала, что ее вынужденная соседка в ссылке вышла замуж и уехала в Москву. При этом старуха кривилась, намекая, что та совершила предательство по отношению к Украине. Именно это было основной причиной неприязни к Тине, так как к судьбе своей дочери, ее материальным проблемам, наша хозяйка была равнодушна. От бесед с хозяйкой оставалось впечатление, что та была разочарована «негеройской» судьбой наследницы рода Кобзаря, и уж тем более ее любовью к расово неправильному человеку.

У Тины Фотиевны была своя правда. Она считала, что вложила много сил и средств в реконструкцию второй половины дома. Называлась крупная сумма, помню, что где-то в размере взноса на кооперативную квартиру. А сколько фантазии? Квартира была уютным гнездышком, где все продумали до мелочей и устроили оптимальным образом. Кроме того, по словам Тины, владельцы не возражали против ремонта, без которого часть дома развалилась бы. Но главное противоречие между женщинами заключалось в том, что одна жила прошлым, а вторая - настоящим. Тина никогда не предавалась воспоминаниям. Она рассказывала о сыне, волновалась, подкармливаем ли мы птичек, кормушку для которых она заботливо вывесила за окном, а в холодильнике стояла ее банка с ее любимыми мочеными яблоками. Мне кажется, Фотина Фотиевна заблокировала страшные воспоминания, не хотела в них погружаться. Женщина выбрала обычное человеческое счастье, а не мифическую верность идеалам украинства. Впрочем, разве не любовь к своей родине толкнула ее вернуться из Москвы в Киев? Просто ее любовь отличалась от национализма Зои, комфортно прожившую свою жизнь.

Может покажется, что портрет Зои нарисован слишком мрачными красками. Добавлю немного светлых. Моя хозяйка умела дружить. Она очень любила свою подругу, сестру Тины, Ирину. Искренне переживала, что та болеет. Ближайшую подругу, привозили к Зое прощаться, как та считала, перед смертью. Была у нее еще одна привязанность, удивительно светлая чистая душа, которую я хочу назвать «неизвестным солдатом человечности».

Интересно, кто выдумал изображать ангелами херувимчиков с толстыми ляжками или красивых юношей с отрешенным лицом? Для меня ангел – это старушка с выцветшими голубыми глазами, с пробивающей бородой из-за неправильной работы эндокринных желез, опирающаяся на палку. К сожалению, я точно не уверена в ее имени. Кажется, ангела звали Симой. Она была много старше Зои, ей уже точно стукнуло 85. Несколько раз в неделю, в любую непогоду, Сима, несмотря на откровенную подслеповатость, шла к нам. Как ей удавалось добираться по крутому спуску-подъему в снег и дождь для меня осталось загадкой. Если подруги в назначенный день не было, меня отправляли к ней домой. Та, открывая дверь, пугалась, понимающе говорила, что да, Зою нужно поддержать, и собиралась в непростую для нее дорогу. Сима никогда не жаловалась. Если был снег – она радовалась морозу, если светило солнышко – теплым лучам. Ее жених погиб в 1914, в Первую Мировую, и она осталась ему верна. На мой вопрос: «Вы больше никого достойного не встретили?», Сима удивленно отвечала: "А разве можно нарушить клятву?". В Великую Отечественную погибли ее брат и невестка, оставив сиротами двух племянников. Сима поднимала детей в одиночку. На момент моего знакомства, те обосновались в Москве, откуда раз в месяц наезжали привести в порядок Симину квартиру. А с готовкой помогали соседи. Из-за катаракты, она практически не видела.

К приходу Симы Зоя всегда просила купить меня пирожные и извлекала из холодильника все самое вкусное. Их маленький пир проходил под лозунгом «Симу нужно подкормить, она совсем плохо питается. Пенсия маленькая, что у нее за зарплата была в библиотеке?». За крепким чаем старушки погружались в атмосферу своей молодости, еще и еще раз переживая бури, пронесшиеся над их головами. Если они засиживались до темноты, я провожала Симу до прямой части улицы, каждый раз поражаясь, сколько любви к человечеству в этой маленькой хрупкой старушке. И как ни странно, именно ее, совершенно «неисторическую личность», я вспоминаю с теплотой и искренним восхищением.

Чем же закончилось наше обитание в очаге культурного наследия страны? Когда истекли полгода аренды, Тина Фотиевна явилась с чемоданом и заявила, что она нас не выгоняет, но будет жить в кухне на диване. Как мы поняли позднее, по закону через 6 месяцев отсутствия по месту жительства, ее могли лишить прописки. Расстаться с островком личной свободы, куда вложено столько сил и души, она не смогла. Мы съехали, решив, что делить кров с совершенно чужим человеком да еще участвовать в жилищных конфликтах нам нет резона. Думаю, на это Тина и рассчитывала.

P.S. Память - штука интересная, прошло немалых 30 лет, поэтому возможны неточности. Кроме того рассказ отражает мое субъективное видение людей и эпохи.
promo prmarina may 9, 2017 23:29 33
Buy for 10 tokens
9 мая - почти религиозный праздник. Действительно, массовое поминание предков - не одна ли из составляющих религиозного восприятия? Да и деление на парадную и народную часть имеют церковную аналогию. Парад - это торжественная литургия, а "Бессмертный полк" - это поминовение своих родных.…

Comments

astra_nat
Aug. 14th, 2016 05:33 pm (UTC)
Интересная судьба.
Моя мама опекала старушку-соседку. У этой старушки муж погиб во время войны, она поднимала трех детей. Все дети получили образование, достаточно обеспеченно жили, но она ни с кем жить не хотела, говорила, что здесь у нее прекрасные соседи, церковь рядом, хороший батюшка. Жила в крохотном домишке с печным отоплением. И, как Сима в Вашей истории, никогда ни о ком не говорила плохо
prmarina
Aug. 14th, 2016 06:15 pm (UTC)
Да, были уникальные люди. Симу тоже хотели увезти в Москву, но она не соглашалась. Она была не крепче Зои, но держалась сама и Зою поддерживала духом.
(Anonymous)
Aug. 18th, 2016 04:15 pm (UTC)
леся украинка -
мерзкая и безталантная тетя. Больная на всю голову, а не только на тело.
Спасибо за рассказы, это только подтверждение, что вся эта националистическая мразь была давно. А мы все дружно закрывали глаза. А сейчас только ее всю выперло из под крушки котла и закакало все вокруг.
Тьфу.
Обратно под крышку не засунешь. Надо дустом все посыпать. Иного выхода нет.

(Anonymous)
Jan. 6th, 2017 10:30 am (UTC)
Заметка милая , но на уровне сплетен и догадок.
Забавно читать сторонний взгляд на знакомого человека. Жаль, что сама статья ни о чем. Догадки, рассказ о взаимном недовольстве и ничего интересного. Бабушка действительно ничего никому не рассказала.